Батина мудрость, вписанная в историю кино

Релиз фильма «Умница Уилл Хантинг» состоялся в 1997 году, и почти мгновенно это стало событием, которое вышло далеко за рамки просто очень удачного дебюта двух молодых сценаристов. Спустя почти 30 лет кино продолжает жить, и каждый новый зритель находит в нем что-то свое. Но самое интересное происходит с теми, кто возвращается к этой истории спустя годы.
 
Если в 20 лет мы смотрим на Уилла (Мэтт Дэймон) и узнаем в нем себя — такого же злого, талантливого, запутанного и отчаянно боящегося подпустить кого-то к себе слишком близко, — то в 40 вдруг можно понять, что теперь ты более вдумчиво смотришь на Шона (Робин Уильямс), человека, который уже вдоволь нахлебался разнообразнейших проявлений жизни, терял друзей и хоронил любимых, накопил боль и мудрость и теперь способен говорить о по-настоящему важных вещах с тем молодым ершистым мальчишкой. И не потому, что вычитал это в умных книгах и учебниках по психологии, а потому что сам прошел через все круги ада и каким-то чудом сохранил способность сострадать. И в этом, наверное, заключается главный, сокровенный секрет фильма, который режиссер Гас Ван Сент снял по сценарию, написанному двумя тогда еще никому не известными начинающими актерами и сценаристами — Мэттом Дэймоном и Беном Аффлеком.

История создания сценария давно превратилась в легенду, которую любят пересказывать в Голливуде молодым киношникам как притчу о том, что талант и упорство способны пробить любые стены. Мэтт начал писать текст в качестве финального задания по курсу драматургии, который он посещал в Гарвардском университете, но вместо положенной одноактной пьесы в итоге принес 40 страниц плотного текста. Потом он подключил своего друга детства Бена, и вместе они превратили замысел, изначально задуманный как триллер о гениальном пареньке, которого вербуют спецслужбы, в историю о человеческих отношениях.

Они писали о себе, своем поколении, парнях с окраин, которые мечтают оттуда вырваться, но боятся сделать первый решительный шаг. И они отказались продавать сценарий, если им не дадут сыграть главные роли. Студии требовали Брэда Питта и Леонардо ДиКаприо, но Дэймон с Аффлеком стояли насмерть. В какой-то момент они отчаялись и вставили в середину сценария совершенно дикую, неуместную эротическую сцену с участием главных героев — просто чтобы проверить, кто из продюсеров, которым они его посылали, реально читает их текст. Никто ее не заметил, кроме Харви Вайнштейна из Miramax, который позвонил и спросил: «Ребята, а это что вообще за дикая хрень?..». Так они поняли, что нашли своего человека.

В итоге картину снял Гас Ван Сент, бюджет составил смешные по голливудским меркам $10 млн, сборы в итоге перевалили за $225 млн, а киноакадемия присудила фильму два «Оскара» — за лучший оригинальный сценарий и за лучшую мужскую роль второго плана, которую абсолютно заслуженно дали Робину Уильямсу. Для Дэймона и Аффлека это стало настоящим прорывом, и они разом вписали свои имена в историю кино. Но главное, что фильм получился не про самореализацию и успех, а о том, как стать человеком.

В центре этой истории парень по имени Уилл Хантинг из Южного Бостона, из криминального района, который местные называют Саути. Ему 20 лет, днем он моет полы в Массачусетском университете, по вечерам пьет пиво с друзьями и ввязывается в драки. За плечами тяжелое травмирующее детство, аресты и тюрьма — в общем, никаких перспектив, никакого будущего. Но внутри него спрятан уникальный дар — он гений-самоучка с фотографической памятью, способный решать задачи, над которыми маститые профессора бьются годами, и делает это играючи, по ночам, просто ради развлечения.

Когда профессор Ламбо (Стеллан Скарсгард) случайно обнаруживает, что гениальные решения на доске оставляет уборщик, он приходит в ужас, потом в восторг, потом в отчаяние — Уилл сидит на скамье подсудимых после очередной драки, и профессор предлагает суду сделку: вместо тюремного срока парень будет изучать математику и ходить к психотерапевту. Уилл вынужденно соглашается, но с легкостью выводит из себя одного специалиста за другим, пока Ламбо не обращается к своему старому знакомому Шону Магуайру.
 
Шона играет Робин Уильямс, и для всех, кто привык видеть в нем только комедийного актера, эта роль стала откровением. Шон тоже из Саути, из того же района, что и Уилл. Ирландец, выросший в неблагополучном Бостоне, прошедший через войну, через потерю любимой жены, через боль, которая не отпускает годами, и это не просто психолог, а мужчина, который говорит с другим мужчиной на одном с ним языке. Не сверху вниз, не как врач с пациентом, а как человек с человеком. Как тот, кто уже прошел через ад и достойно оттуда вышел, пусть и не без потерь. Уилл в своей жизни не видел достойных мужских фигур — и вдруг перед ним возникает Шон, который не пытается его учить, не использует профессиональные приемы, а просто объясняет простые, базовые вещи. О подлинности и о том, что по-настоящему ценно. О самоопределении, о честности с самим собой, о том, что не нужно бояться принимать свое несовершенство. Шон говорит с ним на человеческом языке, и именно поэтому Уилл начинает его слышать.

И здесь важно вот что. Шон не был гением. Он просто был достойным человеком, который прожил тяжелую жизнь, но сохранил способность любить и сострадать. А Уилл, помимо всего прочего, еще и чертовски талантлив, у него есть этот дар, которого у Шона не было. И при этом он еще молод, у него, по сути, есть все шансы на лучшую жизнь — гораздо больше, чем было у его старшего друга. Но чтобы эти шансы реализовать, одаренному, но такому израненному парню нужно было лишь встретить того, кто скажет правильные слова.
 
Картину до сих пор любят и пересматривают. Скамейка в Бостонском саду, где сидели Уилл и Шон, после смерти Робина Уильямса превратилась в стихийный мемориал — люди несли туда цветы, фотографии и записки. Потому что этот фильм задел слишком многих. Он о том, что каждый из нас имеет право на счастье, даже если внутри сидит боль и кажется, что ничего не выйдет. И о том, что настоящий талант — не в математике, а в умении любить и быть любимым.

Название фильма на английском — Good Will Hunting — игра слов. Это и имя героя, и добрая воля, и охота за доброй волей. Русский перевод сделал акцент на интеллекте, но суть картины глубже. Она не про ум, а про душу. Про то, как откопать в человеке что-то живое, даже если он сам это живое в себе похоронил. И про то, что в конце концов мы все ищем не работу и не славу, а кого-то, кто скажет: «Это не твоя вина». И мы поверим.